Categories:

1. Суть материализма. «Официальное я» и проблема будущего после его смерти

. К оглавлению . Показать весь текст .

Итак - материализм. 

Если мы исходим из аксиом материализма, то Бога нет, жизни после смерти нет и какое мне дело до того, что будет после моей смерти? Никакого – с точки зрения реального будущего. Вопрос только в моих настоящих чувствах – что вполне заменяется и иллюзиями о будущем, если эта иллюзия даёт именно те чувства в отношении будущего, которые я хочу испытывать. Заметьте первые признаки того, что настоящий «опиум для народа» – это именно материализм. 

А теперь копнём глубже. Вот завтра есть человек, которого я называю своим «я» (мы с ним на одной «траектории» во времени). В какой мере этот человек действительно является мной, если рассматривать этот вопрос с точки зрения материализма?

С точки зрения материализма, если меня сделали секунду назад (собрали из молекул и атомов), то у меня будет полное материальное совпадение с тем, как если бы у меня было прошлое и будет будущее. Хотя прошлого у меня нет и будущего тоже может не быть (разберут через секунду, например). С точки зрения материализма всё для системы в её настоящем задаётся тем, что есть в этом настоящем.

Идём дальше по логике материализма. 

Вопрос стоит так: это ты или твой близнец в другой момент времени? Ответ: от близнеца в другой момент времени он ничем не отличается. Можно ли считать близнеца другим человеком, чем ты? Да. Значит, и следующее мгновение твоей жизни можно считать жизнью другого человека. 

Таким образом, в рамках материализма не существует «я», протяженного во времени, Это – лишнее понятие, которое не соответствует ничему материальному. 

Есть ли смысл действовать ради другого человека? С точки зрения материализма такого смысла нет. С точки зрения материализма ты действуешь для собственного удовольствия, но это удовольствие ты можешь получать от того, что действуешь для другого человека. 

То есть, удовольствие от «виртуального» представления, что ты действуешь ради кого-то – ничем не хуже, чем действия для кого-то/чего-то любимого тобой в реальном мире. 

Разум может обходить инстинкты и получать удовольствия вне исходных задач инстинктов.

Поэтому ты должен решить, придерживаешься ли ты аксиомы того, что любовь связывает мир или того, что мир для тебя есть здесь и сейчас, а остальное может гореть синим пламенем. И последний вариант как раз и является последовательным материализмом. 

И никакого материального, «научного» (в нынешнем понимании «научности») доказательства аксиомы любви нет и быть не может. Ты либо признаёшь, что любовь есть в мире (а не только внутри тебя), связывая его и действуешь ради неё даже через собственное неудовольствие, отвергая возможность иллюзий, и не избегая столкновения с реальными опасностями ради любви и защиты любви. Либо ты говоришь «да всё это фигня» и действуешь ради себя – а чувство любви удовлетворяешь виртуально, если реальная создаёт некоторые неудобств, а тем более опасности или даже неудовольствия! 

После смерти «моей» садистской маман, её соседи поделились со мной теми байками, которые она рассказывала «о своём сыне». Так у неё, оказывается, есть другой сын )) Который живёт (или тогда жил) за границей, очень социально успешен, слал ей деньги на лечение и передавал добрые слова ) Вот так, предав любовь, она – как последовательная материалистка – в старости сходила с ума и жила какими-то бреднями. Но так и не сумела раскаяться, понести наказания в том числе и от себя собой – это же не «ловкий обман» - раскаяние, а реальное искупление должно быть, и связать своё «я» во времени в соответствии с реальностью. Она предпочла путь материалистки, а это, как ни странно, и путь иллюзий и безумия, если смотреть с точки зрения «аксиомы любви», но это совершенно рациональное и разумное поведение с последовательно материалистической точки зрения. 

Почему в живой природе так мало примеров разумной жизни, где разум определял бы жизнь данного вида? Потому, что разум без любви – это путёвка на уничтожение. Ведь разум имеет силу лишь тогда, когда он способен достраиваться и совершенствоваться, не имея внутри самого разума ограничений (кроме ограничений, сформированных самим разумом) на понимание возможных действий. А это значит, что разум должен быть сильнее в том числе и инстинктов. А это значит, что без аксиомы любви он выберет путь более приятный и разумный с точки зрения материализма. И инстинкты не смогут его остановить – он будет допускать работу только тех из них, которые приятны ему. А поэтому инстинкты и не будут работать ради реального будущего – там же неизбежно напряжение, неудачи и трудности.

Поэтому бредни о «материнском инстинкте» и т.п. дарвинизм в отношении человека, который, якобы, оставит хороших матерей и отцов в результате «естественного отбора» - это путь назад к обезьянам, в лучшем случае. Потому что прежде, чем инстинкты начнут диктовать своё принуждение (принуждение – это боль и страдание в том числе) человеку – необходимо чтобы разум этого человека стал слабее инстинктов. А это – обезьяна максимум по своему умственному уровню.

Возможно, что Господь создал большинство существ (тех, у которых есть мозг) разумными изначально, но вот проблема в том, что разум без любви – убивает. И разумное существо само должно решить для себя эту дилемму об «аксиоме параллельных» (об истинности аксиомы любви или о её ложности). И большинство или вымерло (выбрав разум, но без любви) или деградировали до подчинения инстинктам. И в наш период материализма такой же путь «светит» и человеку. 

Поэтому меня совершенно не удивляет в свете этого понимания типичное воспоминание из детства – орущее, перекошенное злобой лицо маман «Ты что надо мной измываешься!» и я, стоящий на коленях и глотающий слёзы. Надо же ей было переключить свои инстинкты от напрягающего материнского на инстинкт войны и победы! Какую роль имеет реальность, если разумный путь – испытывать приятное для себя? А про хорошего сына можно придумать – типа, за границей живёт и любит её безмерно. Очень сильный и разумно использованный (для удовольствия) материнский инстинкт.

Именно безумие материализма пугало Льва Толстого, когда он писал («Исповедь», глава 6):

«Ты - случайно слепившийся комочек чего-то. Комочек преет. Прение это комочек называет своею жизнью. Комочек расскочится - и кончится прение и все вопросы. Так отвечает ясная сторона знаний и ничего другого не может сказать, если она только строго следует своим основам»

А вот Достоевский, в отличие от Толстого – отлично понимал безумие и материализма, и революционных воззрений. И имел смелость – в отличие от Толстого – отвергать эту ахинею в качестве базового знания. И, что характерно, именно Достоевский, по историческим итогам, оказался пророком, чьи прогнозы исполнились едва ли не буквально. А Толстой «удостоился» звания «зеркала революции» от кровавого помешанного Ленина. Всего то – неодушевлённого, безвольного «зеркала».

Error

default userpic

Your reply will be screened

Your IP address will be recorded 

When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.